«Тайна заброшенного замка» К оглавлению Показать карту Показать обложку

Жевун. Рис. Л.Владимирского

ткачу, приказал без лишних предисловий: — Ну-ка, придвинь ко мне свой стул, а сам отойди к говорильной машине и там стой.

Ментахо, который сидел, уставившись себе на ноги, он так всегда делал, разговаривая с Баан-Ну, не понял, кому адресованы последние слова, и не проявил ни малейшего интереса, чтобы выяснить.

— Расскажи без утайки, Ментахо, что тебя волнует, — вопрошал генерал, сверля глазами лицо ткача, но не находя его плутоватых глаз.

— Да что там волнует, — сказал Ментахо и озадаченно почесал затылок. — Ничего не волнует. Вот разве скучновато у вас, нам с Эльвиной поговорить не с кем, кроме какого-то ящика, — ткач кивнул в сторону говорильной машины.

«С этим толку не будет, — понял Баан-Ну. — Он не только выучил наш язык, но и разобрался, для чего сам понадобился нам. Тем хуже для него, мы его навсегда изолируем от жителей Гудвинии».

— Однако мы увлеклись беседой, — снова заговорил генерал. — Отдохни, Ментахо. Сходи с Эльвиной за грибами.

Ткач с женой ушли, прихватив корзинку.

— Давайте свеженьких, — сказал Баан-Ну. Часовые ввели в комнату одного из Жевунов. Он с любопытством осмотрелся вокруг и принялся изучать ордена, украшавшие грудь Главного менвита.

— Привет тебе, достойный сын Земли, — приветливо произнес генерал, подняв руку над головой. Раздался щелчок, мигнула лампочка, и говорильная машина

отчеканила слова генерала его же голосом, но на языке жителей Волшебной страны.

Жевун широко улыбнулся, сложил свои руки, изображая рукопожатие, и произнес:

— И тебе мой поклон, добрый человек.

Машина тут же выдала перевод голосом Жевуна. Всматриваясь в глаза беллиорца, генерал сразу подал команду:

— Заговори с Ильсором.

Жевун, услышав перевод, растерянно захлопал глазами.

— От чего я должен заговорить Ильсора? — спросил он.

Машина снова перевела, настал черед удивляться Баан-Ну.

— Заговаривать можно с кем-то, а не что-то, — поучительно произнес он.

Ильсор незаметно нажал одну из кнопок, говорильная машина принялась объяснять без всякой посторонней помощи:

— Заговорить можно и кого-то, и что-то, и даже самого себя, как это происходит теперь с вами, мой повелитель.

Только изумление помогло генералу снести эту неслыханную дерзость. Он так и сверкал глазами на ни в чем не повинного Жевуна:

— Заруби себе на носу, — резко заметил он, — что с генералом так не подобает говорить.

Крайнее недоумение отразилось на лице беллиорца.

— Я готов отрубить себе нос, но не могу понять, при чем тут генерал и какая вам от этого польза? — пролепетал он.

— Что ты мелешь, болтушка? — завопил, не выдержав, Баан-Ну.

Жевун совсем перепугался.

— Если бы я был мельницей, я молол бы муку. А если я болтушка, то яичницу-болтунью жарят на сковороде. Про что вы меня спрашиваете? Я вижу, вы сердитесь. Я ничем не хочу вас обидеть. Но отдавайте мне понятные

Назад
Вперед
<——  Н а з а д
В п е р е д  ——>
— 176 —
— 177 —
Яндекс цитирования     Яндекс.Метрика